Директор-Инфо №18'2006
Директор-Инфо №18'2006
Поиск в архиве изданий
Разделы
О нас
Свежий номер
Наша аудитория
Реклама в журнале
Архив
Предложить тему
Рубрикатор








 

Бензин: ждем снижения цен?

Андрей Лусников, ИА «Финмаркет»

По ценам на бензин Россия догнала США. Виноваты те, кто об этом предупреждал.

По оценке Союза нефтегазопромышленников, доля прямых затрат на продукты нефтепереработки (в том числе бензин) в общих затратах отраслей промышленности весьма невелика: всего 1,3 процента. Немного выше доля расходов на бензин в семейном бюджете граждан: около 3 процентов (по данным Росстата, еще меньше: 2 процента). Что ж, получается, что российской экономике все равно, какие у нас цены на бензин? Нет, это далеко не так: каждое ценовое повышение очень болезненно для бизнеса. В том числе повышение нынешнее.

Статистика

Так уж повелось в последние годы, что цены на бензин в России поднимаются рывками. Длительный период ценовой стабилизации сменяется мощным ценовым подъемом; затем общественность обращает внимание на рост цен, начинается шум в прессе, грозные высказывания властей предержащих…

И вот уже — новый этап убаюкивающей стабильности.

Вспомним, как завершался 2004 год: бодрый ценовой рост бензина, продолжавшийся всю осень, к зиме сменился ценовой стабильностью. Произошло это, правда, после критического высказывания Владимира Путина, порекомендовавшего нефтяным компаниям объявить мораторий на повышение цен. Стало ли причиной остановки роста президентское высказывание, или цены прекратили рост сами — не суть важно. Важно, что формально мораторий был объявлен и вплоть до начала осени 2005 года цены были стабильными. Однако в конце лета потенциал стабилизации был исчерпан, цены вновь «рванули» вверх, и о новом моратории на их подъем пришлось публично говорить уже министру экономического развития Герману Грефу. Сработало: к концу 2005 года цены вновь стабилизировались.

Но и эта стабильность была недолгой: во второй половине лета нынешнего года цены бензиновой розницы опять бодро двинулись вверх. Данные Московской топливной ассоциации (МТА) о розничной продаже в Москве бензина самой популярной ныне марки A-95 зафиксировали подъем от 18,4 рубля за литр (в середине июля) до 19 рублей за литр к концу июля. За август бензин, по данным МТА, подорожал еще на рубль: московские цены в среднем доросли до 20 рублей за литр.

Предварительные данные конца августа — начала сентября, правда, позволяют говорить о приостановке ценового повышения. По данным Росстата, в целом за август бензин подорожал на 5,4 процента, но рост цен с 20 по 27 августа составил 0,5 процента против 1,3 процента за предыдущую неделю и 1,6 процента двумя неделями ранее.

Эксперты топливного рынка уже в июле отмечали серьезную положительную динамику оптовых цен, что не могло не отразиться на состоянии розницы, и все же рост цен на бензин оказался для властей неприятным сюрпризом. Дело в том, что в августе он испортил благостную картину снижения потребительской инфляции, внеся более половины вклада в общее повышение ценового индекса (0,2 процента), хотя на долю бензина в индексе потребительских цен приходится менее 2 процентов.

Но 2 процента — это лишь непосредственная доля; понятно, что косвенный эффект топливного подорожания значительно сильнее. С ценой бензина растет стоимость перевозок, которая, естественно, транслируется в стоимость практически любой продукции. Таким образом, последствия ценового скачка бензина, своего рода круги по воде, российской экономике еще предстоит ощутить нынешней осенью.

Очевидные прогнозы

О том, что цены на бензин могут резко подняться, экспертное сообщество предупреждало давно. Комментируя итоги первого полугодия 2006 года, председатель Совета Союза нефтегазопромышленников РФ Юрий Шафраник сказал, что «…нефтяные компании искусственно сдерживали внутренние розничные цены “по просьбе” правительства. Если такая политика продолжится, рано или поздно цены “выстрелят”».

Президент МТА Евгений Аркуша, многократно выступавший в различных СМИ как эксперт, прогнозирующий повышение бензиновых цен, еще в начале августа попал под огонь критики. Логика его высказываний, сделанных в начале нынешней волны бензинового роста, проста: розничные цены не могут не последовать за ценами оптовыми. На оптовом рынке снижение предложения началось еще весной 2006 года, в связи с тем, что нефтеперерабатывающие заводы закрывались на профилактику. Когда снижение запасов оптовиков стало очевидным, начали расти оптовые цены: уже в июле они поднялись на 2–2,5 тысячи рублей за тонну нефтепродуктов (т. е. примерно на 10–15 процентов). Дальнейшее было легко предсказать. «Все, что происходит с ценами на бензин в стране, полностью укладывается в концепцию правительства и нефтяных компаний, которые еще в начале года объявили о том, что цены будут расти и их рост будет не больше, чем уровень инфляции, примерно 10 процентов. Эти 10 процентов — наша дань инфляционным процессам», — говорил г-н Аркуша в своих выступлениях.

Интересна реакция государственных чиновников, представляющих самые различные ведомства: они, как правило, начисто игнорировали логику, но начинали клеймить прогнозиста, как если бы причиной роста был непосредственно прогноз. Так, глава ФАС Игорь Артемьев заявил, что у нефтяников нет необходимости повышать цены на топливо. Заявления МТА о будущем росте цен на топливо г-н Артемьев назвал «провоцирующими» и объявил, что служба будет проверять и обоснованность этих заявлений, и самих нефтяников — на предмет картельного сговора.

17 августа о проблемах рынка топлива высказался глава правительства Михаил Фрадков, а 19 августа — председатель Совета Федерации Сергей Миронов. Последний «призвал ФАС максимально жестко контролировать процесс ценообразования на рынке нефтепродуктов» (цит. по сообщению ИА «Финмаркет»). «Правительство должно предпринять такие меры, чтобы цены снизить до 12–15 рублей», — заявил С. Миронов. В свою очередь, глава Минэкономразвития Герман Греф на заседании правительства 17 августа напомнил, что правительство пошло навстречу нефтяникам и приняло закон о дифференциации НДПИ. «Мы вправе потребовать от нефтяников реализовать договоренности по динамике цен на нефтепродукты», — указал Греф, также сообщивший, что Минэкономразвития подготовило законопроект о бирже нефтепродуктов.

Ближайшая перспектива

Можно предположить, что ценовой рост бензина действительно уже на излете. По данным Росстата, за восемь месяцев текущего года цены на бензин выросли на 9,3 процента, заметно сильнее общего уровня потребительской инфляции (7,1 процента). Но сейчас факторы роста себя исчерпывают. Во-первых, производители, естественно, принимают в расчет «строгие» заявления властей — кому хочется быть объявленным «врагом стабильности»? Оптовики вряд ли будут далее поднимать цены; рознице тоже нет оснований для дальнейшего повышения цен, поскольку июльский подъем оптовых цен почти полностью скомпенсирован августовским ростом розницы.

Рост цен бензина и у нас, и во всем мире в значительной степени был связан с подъемом мировых цен на нефть до рекордных уровней. Однако после того, как был погашен конфликт на Ближнем Востоке (прекратилась война Израиля и «Хезболлах»), цены на нефть двинулись вниз и сейчас уже потеряли около 15 процентов по сравнению с рекордными уровнями второй половины июля. На тех рынках, где имеется более существенная, чем у нас, зависимость рынка нефтепродуктов от рынка нефти, цены на бензин снижаются уже сейчас. Так, например, в США к началу сентября они опустились до пятимесячного минимума. По данным минэнерго США, галлон бензина стоит в среднем 2 доллара 73 цента. Это на 10 процентов ниже, чем год назад, когда США переживали мощный дефицит топлива после ураганов «Катрина» и «Рита».

Любопытно пересчитать американские цены в российских единицах измерения. В галлоне 3,785 литра, а доллар стоит 26,67 рубля, следовательно, американские цены соответствуют нашей цене 19 рублей 23,5 копейки за литр. Получается, бензиновые цены в США не только снижаются, в то время как наши растут, но еще и опустились до уровня российских (во всяком случае ниже, чем в Москве стоит популярный А-95). Конечно, здесь сказался эффект снижения курса доллара по отношению к рублю. Но не только он. Технологическое развитие нефтяной промышленности США ведет к постепенному снижению издержек на нефтепереработку, а налоговая политика государства максимально способствует снижению цен… Немудрено, что американцы даже и сейчас продолжают ездить на огромных внедорожниках и не избегают больших машин: они, в отличие от нас, прошли через энергетические кризисы 70-х и 80-х годов прошлого века и научились экономить там, где это возможно.

Снижаются в последнее время, кстати, и цены бензина на Украине. Так, агентство Рейтер сообщает о цене в 0,91–0,93 доллара за литр, что соответствует 24,5 рубля за литр: это немного выше, чем в России, но динамика сокращает разницу. Что ж, рынок бензина на Украине, похоже, более оперативно, чем у нас, реагирует на внешние рыночные сигналы.

Сейчас уже понятно, что совсем скоро наш рынок потянется вслед за рынком мировым: уже к концу сентября цены остановят свой рост, а возможно, даже будут снижаться.

Дополнительный фактор, который, возможно, будет способствовать насыщению внутреннего рынка, — повышение с 1 сентября экспортных пошлин на нефть до уровня 236,7 доллара с тонны. В результате нефтяникам станет выгоднее поставлять нефть на внутренний рынок.

Однако не все так просто. Да, ряд нефтеперерабатывающих заводов в РФ из-за реконструкции во втором квартале снизили объемы производства, особенно высокооктанового бензина. В то же самое время, по данным исследовательских центров, объемы экспорта высокооктанового бензина существенно выросли, практически удвоились во втором полугодии.

Фактор возможного дефицита высокооктанового бензина из-за роста экспорта — вероятное направление для изучения государственными органами. На этом пути возможны и некоторые организационные решения.

Биржа нефтепродуктов и др.

Что касается законопроекта о бирже нефтепродуктов, то эта идея пока еще весьма размыта. Профессиональные нефтяники, как правило, относятся к ней осторожно или даже скептически, ведь сложившаяся структура российского рынка нефтепродуктов «заточена» под прямые поставки, а сам рынок хронически дефицитен (весь бензин выкупается полностью, излишков не образуется).

Впрочем, вопрос реального создания внутреннего рынка нефтепродуктов будет стоять перед экономическими властями до тех пор, пока этот рынок не будет создан; в ином случае конфликты из-за непрозрачности ценообразования будут иметь место всякий раз, когда цены будут подниматься.

Уровень цен на бензин в России действительно высок, если сравнивать его и показатели других стран с традиционно развитой нефтедобычей (в том числе и США, которые, напомним, остаются одной из ведущих нефтедобывающих стран и лишь недавно, с начала 70-х годов прошлого века, стали страной, преимущественно ввозящей нефть). Во многих странах Ближнего Востока бензин стоит на порядок дешевле, чем в России. Понятно, что разница в стоимости объясняется главным образом заметно более высокой себестоимостью нефти в РФ, но, похоже, не менее важным фактором является недостаток инвестиций в современные технологии нефтепереработки.

Вероятно, притоку этих инвестиций может помочь создание биржевого механизма: компании, расширяющие переработку, будут знать, что в их распоряжении есть широкие возможности по распространению своего продукта.

А пока российские компании осуществляют активную экспансию за рубеж: например, не так давно появились сообщения, что «ЛУКОЙЛ», пока представленный на рынке Финляндии как владелец сети бензоколонок Teboil, одной из крупнейших в стране, планирует открытие бензоколонок и под собственным брендом. Это лишь один, но характерный пример: избыток ликвидности в России оборачивается не активизацией инвестиционного процесса в стране, а международной экспансией. Быть может, властям стоит задуматься над тем, чтобы стимулировать реконструкцию нефтепереработки за счет имеющихся у них рычагов, в том числе налоговой политики?