Директор-Инфо №43'2004
Директор-Инфо №43'2004
Поиск в архиве изданий
Разделы
О нас
Свежий номер
Наша аудитория
Реклама в журнале
Архив
Предложить тему
Рубрикатор




.





 

Блеск и нищета перевода

Александр Зубанов

На одном из «круглых столов», состоявшихся в 2001 году и посвященных обсуждению банковской реформы, президент «Альфа-банка» Петр Авен заявил: «Я считаю, что 1300 банков — просто беда. На самом деле количество банков легко можно сократить в шесть раз в течение полугода». Сейчас эта «мечта» становится реальностью: отчасти — усилиями ЦБ, активно отбирающего лицензии, отчасти — усилиями самого банковского сообщества, демонстрирующего тягу к слияниям и поглощениям.

Так или иначе количество российских банков действительно сокращается. Чего не скажешь о системах денежных переводов, которые, напротив, процветают. По крайней мере, если судить по их количеству: в России сегодня действуют более пятнадцати таких систем. И это только доморощенные организации, кроме которых на отечественном рынке присутствуют еще и западные гиганты: Western Union, MoneyGram и Travelex. Вероятно, бурный рост этого сегмента банковского рынка и заставил представителей всевозможных «переводчиков» собраться на Первую открытую международную Межбанковскую конференцию «Денежные переводы», проходившую с 4 по 6 ноября в Москве.

Единственный «рабочий» день конференции прошел достаточно сумбурно. Вступительное слово, как и следовало ожидать, произнес представитель нейтральной организации Гарегин Тосунян, президент Ассоциации российских банков, который, если верить программе мероприятия, должен был рассуждать о рынке денежных переводов в России и странах СНГ. А на самом деле (и это было вполне предсказуемо) президент АРБ ограничился констатацией того факта, что сегмент денежных переводов в России ежегодно растет в полтора-два раза, назвав такие темпы «ошеломляющими». Большую же часть выступления г-н Тосунян посвятил своей излюбленной теме — состоянию российской банковской системы в целом. И начал с заявления о том, что некоторые «не вполне адекватно оценивают роль и значение» отечественного банковского сектора. В числе «неадекватных» был назван калифорнийский Union Bank, который, как выяснилось, закрыл корреспондентские счета российским банкам. По мнению президента АРБ, это была политическая акция, а не результат взвешенных экономических расчетов. Впрочем, ни политических, ни экономических причин акции Тосунян не назвал, отметив только роль АРБ, которая всеми силами пыталась воспрепятствовать принятию столь необдуманного решения, но успеха в своем противодействии калифорнийцам так и не добилась. Эта печальная новость не вызвала ровным счетом никакой реакции собравшихся: то ли корсчетов в указанном банке они не держат, то ли вообще не знают о его существовании.

Видимо, желая подсластить горькую пилюлю, оказавшуюся на поверку безвкусной, г-н Тосунян отметил, что банковская система России все же интересует бизнес-сообщества многих государств, не исключая США. По мнению президента АРБ, этот интерес вызван динамикой роста, которую мы имеем последние годы: «от 35 до 47 процентов по ряду параметров». О каких параметрах идет речь, г-н Тосунян не уточнил. Зато высказался о том, что в 2004 году показатели будут скромнее в силу «летних событий» и большого количества мероприятий, реализуемых ЦБ и властными структурами. Комментируя те самые «летние события» (как вариант — «флуктуации и турбулентности»), глава АРБ поспешил обнадежить участников конференции: «Темп был потерян, но мы его восстановим». По его словам, банковский сектор в любом случае растет быстрее экономики в целом, а для еще более впечатляющих результатов необходима лишь поддержка государства. (Вероятно, имелось в виду невмешательство, поскольку особой помощи от государства коммерческие банки не получали никогда, а вот усиление «антиотмывочной» активности привело к серьезным потерям.) Тосунян отметил, что «сегодня на этом пути возникают фундаментальные сложности», вспомнив парламентскую «страшилку» последнего времени — законопроект о возможной обязательной задержке операций по счетам1. По всей вероятности, г-н Тосунян не учел, что этот поистине драконовский законопроект практически никак не затрагивает интересы сектора денежных переводов. Дело в том, что подобные операции осуществляются без открытия счета, а следовательно, не подпадают под действие поправок, предлагаемых Комитетом Госдумы по безопасности. Впрочем, по его словам, законопроект все-таки будет отклонен (опять же не без усилий со стороны АРБ). На этой оптимистической ноте Тосунян и закончил свое выступление, оставившее довольно неловкое ощущение. Точнее, вопрос: а какое отношение все сообщенные сведения имеют к денежным переводам? Хотя, как говорится, дорог не подарок… Внимание главы АРБ к мероприятию, безусловно, дороже.

Несколько большее отношение к теме конференции имело выступление Юрия Борисова, заместителя начальника Департамента платежных систем и расчетов Банка России. Он сообщил, что во всем мире (а следовательно, и в России) произошло переосмысление отношения центральных банков к рынку денежных переводов, а ключевой функцией стал надзор за частными платежными системами. Устранение препятствий, поощрение справедливой конкуренции, введение новых эффективных стандартов — такими видятся Банку России его основные задачи. После фразы об эффективных стандартах лица участников конференции приобрели немного напряженное выражение, ибо нововведения ЦБ традиционно воспринимаются банкирами как потенциальная угроза.

Напряженность только возросла после того, как чиновник ЦБ заявил, что планируется ревизия форм отчетности. По возможности их число предполагается сократить, а содержательность — повысить. Учитывая то, что, по мнению многих банкиров, ЦБ и так владеет чрезмерным объемом информации, подобные планы «главного регулятора» страны вызвали понятное, хотя и хорошо скрываемое беспокойство. В числе прочих планов ЦБ оказались и классификация платежных систем, и более пристальный мониторинг рынка денежных переводов. Как в Евросоюзе. По результатам мониторинга и на основании собственной оценки данного рынка ЦБ будет проводить соответствующую политику. Если рынок будет признан устойчиво развивающимся, а его участники продемонстрируют способность контролировать риски, ЦБ ограничится сбором статистической информации и проведением плановых инспекторских проверок. Если же системы денежных переводов продемонстрируют стагнацию, то Банк России выпустит рекомендации участникам рынка, которые позволят увеличить эффективность работы. Наконец, в случае признания рынка высокорисковым ЦБ рассматривает возможность создания дополнительных структур, которые обеспечили бы соответствие деятельности «переводчиков» интересам клиентов. Несмотря на дружелюбный тон представителя ЦБ, особого восторга его выступление не вызвало.

Разрядить обстановку удалось только Армену Казаряну, руководителю системы денежных переводов «Анелик», которая, к слову, выступила главным спонсором конференции. Ему предстояло осветить немаловажный аспект конкуренции на рынке денежных переводов, и в частности — конкуренции недобросовестной. Наряду с такими российскими системами, как STB-Экспресс, «Юнистрим», Migom и PrivatMoney, система «Анелик» является одним из лидеров российского рынка, и потому г-ну Казаряну было что сказать собравшимся. Начал он с констатации того факта, что «Анелик» была первой отечественной системой переводов, вышедшей на рынок в 1997 году. Другие аналогичные образования, как следовало из слов докладчика, возникли в той или иной степени по образу и подобию «Анелик» (здесь, правда, необходимо уточнить, что Western Union, обслуживающая клиентов по всему миру более 150 лет, работает на российском рынке с 1991 года и является прообразом любой системы переводов, ныне существующей в мире). Армен Казарян прозрачно намекнул собравшимся на то, что пользоваться удачными находками конкурентов, конечно, можно, но существуют некие пределы, за которыми конкуренция становится нечестной. Примером таковой руководитель «Анелик» назвал недобросовестную рекламу. Например, когда система переводов заявляет о том, что деньги будут получены адресатом уже через одну минуту. Теоретически такая возможность существует, но на практике, если верить г-ну Казаряну, никто не обеспечивает такой оперативности переводов.

К слову сказать, большинство игроков этого рынка декларируют несколько большие сроки — от 10 до 30 минут, но и они редко соблюдаются. Как правило, перевод приходит на следующий день. Об этом руководитель «Анелик» дипломатично умолчал.

Совершенно справедливыми можно считать упреки Армена Казаряна, адресованные эмиссарам других систем, раздающим свои рекламные материалы прямо в фойе московского офиса «Анелик». Нечистоплотные конкуренты по понятным причинам поименованы не были, но подобные действия были названы «чистой халявой — наглой и некрасивой».

Термин, если задуматься, не совсем экономический, зато полностью отражающий не только суть явления, но и степень развития конкурентных отношений между системами переводов в России. А конкуренция, судя по приемам, находится в младенческом состоянии, как и собственно сектор денежных переводов в России. Более цивилизованные западные «гости» (например, Western Union) подобными «фокусами» не пользуются, предпочитая вкладывать деньги в рекламу на национальных телеканалах и биллбордах, разбросанных по всем районам мегаполисов. Российские системы, вероятно, еще не располагают достаточными рекламными бюджетами для подобных акций. Что, кстати, подтверждается и объемами переводов. Так, по словам Казаряна, «Анелик» планирует закончить нынешний год с оборотом в 700 миллионов долларов.

Понятно, что комиссия за перевод в размере 1,5–3 % (именно таковы проценты не только в «Анелике», но и в большинстве российских систем) не позволяет обеспечить достойный бонус на проведение эффективной рекламной кампании. Так что раздача буклетов в фойе конкурента – это, скорее, не проявление нечистоплотной конкуренции, а жизнь по средствам.

Далее докладчик перешел к вопросу демпинга, каковым, по его мнению, является комиссия в 1 % и менее2. По его мнению, 1 % невозможно поделить «красиво», другое дело — 3 %. С этим утверждением нельзя не согласиться, поскольку цифра действительно «красиво» делится на три: между организацией, принимающей перевод, системой-посредником и организацией, осуществляющей выдачу наличных «на том конце». Надо думать, что 6 % (столько платит клиент Western Union за перевод 100 долларов, с увеличением суммы начинает действовать регрессивная шкала комиссионных) делились бы еще лучше, вот только с такими комиссионными российские системы не выдержали бы конкуренции с западными «интервентами». Главными преимуществами последних являются абсолютная надежность, подтвержденная многолетним опытом, и широкая география переводов, обусловленная все тем же опытом (WU осуществляет переводы в 195 стран и территорий, а достаточно успешная по российским меркам «Анелик» — в 82 страны).

В общем, рассуждения о развитии конкуренции и невиданных темпах роста рынка денежных переводов выглядели несколько неоправданными. Если уж говорить начистоту, то сегодня главной проблемой российских систем денежных переводов надо признать разобщенность, не позволяющую им эффективно противостоять экспансии западных гигантов (соответственно, Western Union и MoneyGram контролируют 65 % и 30 % мирового рынка этих операций). Однако вопросы сотрудничества, к сожалению, были затронуты участниками конференции «по касательной», в то время как организация именно такого взаимодействия представляется наиболее эффективным способом выживания. Впрочем, конференция проводилась в первый раз, и не исключено, что уже в следующем году акценты несколько поменяются в сторону большей прагматики.

 


1 Подробнее об этом проекте см. № 42 (154). Возврат

2 Автор данной статьи не нашел подобной информации в материалах какой-либо российской системы переводов. Возврат